Warning: "continue" targeting switch is equivalent to "break". Did you mean to use "continue 2"? in /home/toys4k00/helgaolshvang.com/www/wp-content/plugins/revslider/includes/operations.class.php on line 2159

Warning: "continue" targeting switch is equivalent to "break". Did you mean to use "continue 2"? in /home/toys4k00/helgaolshvang.com/www/wp-content/plugins/revslider/includes/operations.class.php on line 2163

Warning: "continue" targeting switch is equivalent to "break". Did you mean to use "continue 2"? in /home/toys4k00/helgaolshvang.com/www/wp-content/plugins/revslider/includes/output.class.php on line 2810

Warning: Creating default object from empty value in /home/toys4k00/helgaolshvang.com/www/wp-content/plugins/swift-framework/includes/options/redux-framework/inc/class.redux_filesystem.php on line 29
Версии настоящего - Хельга Ольшванг ЛАНДАУЭР
  • English
  • Русский
  • Версии настоящего

    Версии настоящего

    Из книги «Версии настоящего»

     

    ШУМ

    так, себя предвосхищая
    рождённым, слышит изнутри
    дитя
    края посуды, тяг
    водяных, воздушных, всхлипы, пузыри,
    затем — круги и перепады
    невидимых движений, звонкий спор
    ножей и ложек — из cвоей засады —
    cкрип тряпки о фарфор,
    вечерних бабочек, бок о бок
    над лампой пляшущих, сквозь гул
    двух голосов полузнакомых,
    глотка укромную дугу,
    дыханье, тишину, биенье,
    и дерево, что наяву,
    внезапно потеряв терпенье,
    роняет яблоко в траву.

    08 / 2009

     

    * * *

    Осторожнее, воздух разлит наверху.
    Это небо на нас наступает. Отпрянь,
    рыба, это прилив.
    Это тяжкое, наперекор плавник,
    протяжённое время теснит, океан
    накренив.
    Вытесняет. Пускай, немота, пузыри,
    в нёбе боль набухай и тускней, чешуя.
    Не залечь —
    вырываешься прочь, умираешь, и уровень горя за вычетом тела, смотри,
    опускается. По берегам высыхает и меркнет твоя,
    рыба, речь.

     

    * * *

    Когда мои глаза привыкнут к смерти, в ней,
    как в темноту спустившийся, не сразу
    я различу по контуру теней
    предметы бывшие, и запад, и восток,
    и по спине сползёт, как страх за ворот водолазу,
    весь океан,
    и там,
    в огромной западне,
    по самый потолок затопленной, воздам
    безмолвную хвалу случившейся со мною
    судьбе, её таинственным трудам
    и щедрости, которой я не стою.

     

    РАЙ

    Сидеть на скамье в тени.
    Цвета старого снега
    рулон деревянных реек выгнутый вдоль спины.
    Берег. Радостное, Дейнека,
    расписное небо твоё поверх,
    в облаках распластанных и гимнастах —
    розовых, серых, солнца дрожащий смех
    в ветках, у набережной скамья, в ста
    шагах от речных перил,
    достоверный воздух,
    вид на реку такой же, каким он был
    прежде, с собой принесённая книга, в звёздных
    крапинках яблоко, зёрна в нём.
    И милосердное позволенье
    вопреки на всех языках травы повторяющему «уснём», —
    оставаться до вечера. До главы
    солнца, за край заходящего, краем зренья.

     

    * * *

    Днём огни на карусели, вдоль
    крыши и флажков горят, вокруг оси.
    Солнечным, осенним, сто
    ватт разведены. Вблизи —
    Belle du jour* в распахнутом — точь-в-точь
    (ожерелье, грим) —
    днём наряжённая ночь.
    Ждёт, но нет клиентов (рано).
    Мальчик. С ним
    родитель (он сегодня с ним), вдоль ламп,
    выбирают масть,
    обходя. Пусть выберут. И на свету вольфрам
    пусть, и вальс
    шатких, замерших, гнедых,
    длится, и дитя верхом,
    и отец не в фокусе пустых аллей, пустых
    близорукой Belle двойным штрихом
    обведённых глаз, и заводных
    музык, встреч, назначенных судом
    воскресений, лампочек под солнцем праздник —
    (лучше, чем без них) —
    видимых с трудом.

    2009

    * Дневная красавица (фр.)

     

    * * *

    Улицу пересекает насыпь.
    Поезд. Мысли. На зуб
    Зуб не попадает. Спорит
    С ветром дерево, крест-накрест,
    рама с деревом оконным.
    Станции в углу спина, срез
    неба медленного над вагоном.
    И чем ближе к полотну, тем
    Ниже домики, дешевле,
    Строже, твёрже, по минутам,
    время, жезлом
    полосатым машущее, — ужин,
    cон, объятье, праздник, понедельник.
    Время в личике настенных,
    в ложечке о чашку, тени
    крон молчащих
    по краям обрыва, в постепенных
    Нарастаньях cтука, ветра, грусти,
    Гула, время
    в грохоте и хрусте,
    Непреложных расписаньях, в синем,
    cером пасмурном жилище,
    В близости от станции, невыносимом
    cчастьи нищем,
    безучастном к холоду. Проснулись —
    тем и рады. Оползень песочный —
    Утро. Насыпь.
    Дерево стоит, ссутулясь.
    Поезд точный.

    Palo Alto, 2007

     

    * * *

    Оставшись, зеркало, одно
    ликует в опустелом доме,
    как идиот, не зная кроме
    себя, остриженный под ноль,
    героев действия, всего
    лишась. О, памяти не мука,
    самодовольное вдовство —
    ни облика,
    ни сна,
    ни духа.
    Бесследной жизни торжество.
    Не потому ли, замерев
    в дверях, не смеет кинуть взора
    последнего, «Иду!», ушелец,
    что безобразное стекло
    к лицу уже не вспомнит рифмы?

    02 / 2005

     

    11 / 09 / 2012

    Яблоки благоухают в траве, сушатся на столах,
    Остаются на дне компота и жаркого дня.
    Дом наш словно корабль в горах,
    Пенный облунок – над.
    И ещё летает, но реже и реже, мяч
    За сараем, и вечер, особенно по краям
    Неба, реки и веранды ещё слепящ,
    И комары, трепеща, приникают к нам,
    Но уже унесён творог и ребёнок – в другой руке,
    И посуда тонет в раковине, скрипя,
    И сердцевины яблок ежам достаются, и молча стоят в реке
    Толпы неба, выше самих себя.

    Издательство «Русский Гулливер», Москва, Россия, 2013

    Купить книгу
    Скачать книгу